Чурикова Алена
Чурикова Алёна.JPGЧурикова Алена 11Ф класс

Былина о родном крае

(в подражание Бояну)

Как из стольного из города  да Черняховска

Свой веду рассказ о крае  я  о славном,

Появившемся  на карте  так недавно,

Но успевшем  славу   громкую  снискать себе.

Величают, называют этот край Янтарным, светлым,

Люди в нем преумные да проживают,

Новых деток на бел свет рождают,

Да делами славными его да прославляют.

Во- первых, родимый край они да строят:

Сколько теремов торговых да построили

И  с Европой потягаться захотевши,

Свою  «Европу» в центре града  вмиг воздвигли

И товаров навезли – невидимо.

Во – вторых, да славят край заводами,

Пуще всех они построены да в Гусеве.

А еще вдруг возродился на родной земле

Храм науки -  университет да славный,

Нареченный в память «домом»  Канта.

Созидают руки  города и села,

творят товары чудные янтарные,

рыбу ловят да во множестве

из бескрайних  из просторов да балтийских.

Много чудных мест да есть в моей земле:

Куршская коса и  Выштенецко озеро,

Горка слалома   да под Озерском,

Тропы темные, грибами – ягодкой богатые,

Рынки со купцами тороватыми.

И еще есть на земле родимой

Храмы божьи да монастыри,

А и главный - то из них на красном месте строен,

Ладный,  белый, с золотыми куполами,

Издалека виден он всему

Народу православному да доброму.

А и славен он святыней русской,

От  Суворова от самого дареной.

Век ему стоять да землю славить

Нашу и мою большую родину.


 «И подвиг доблестный душевной чистоты. Размышления о нравственности»

(Эссе)

Не умел я притворяться,

на святого походить,

Важным саном надуваться

И философа брать вид;

Я любил  чистосердечье,

Думал нравиться лишь им,

Ум и сердце человечье

Были гением моим…


Этим бессмертным строкам стихотворения Г.Р.Державина более 200 лет. Но можно ли их сегодня назвать устаревшими? Неактуальными? Старомодными?

Выбирая тему для своего размышления, я вдруг ощутила непреодолимое желание поделиться мыслями, которые не только стали итогом моих наблюдений, но и своеобразным  аргументом в споре с моими сверстниками  о нравственных ценностях сегодняшнего дня.

Каков он, мой  современник? Ответить на этот вопрос мне одновременно и легко, и очень сложно. Мне, конечно, нравятся его свободное владение самыми совершенными механизмами и технологиями, его свобода выбора, свобода передвижения по всему миру. Свобода? Но от чего или от кого?

И может ли человек, рожденный в семье, быть абсолютно свободным?

Жанр эссе дает мне право, нарушая логическую последовательность,  размышлять о том, что оказывается именно в эти минуты самым важным и значимым, высказывать мнение, которым  хочется объяснить взрослым, что особенно тревожит и волнует.

Я могу гордиться: мне дана от рождения удивительная семья. Папа, сам воспитавший свой характер и выбравший профессию военного. Мама, которая всецело посвящает себя мне и близким. Старший брат, сильный, уверенный в себе, как и папа,  осознающий, какой дорогой он пойдет по жизни. Эта семья преподала мне самый главный жизненный урок: счастлив тот, кто, не нарушая  нравственной чистоты и гармонии, честно трудясь и принося благо другим, всегда вместе преодолевает трудности,  радуется успехам другим, живет без осуждения  и зависти.

Мне даже трудно бывает иногда понять, что между взрослыми и детьми может быть непонимание. Меня уважали с детства и приучили к мысли, что это уважение необходимо заслужить послушанием, прилежанием, трудолюбием, при этом обязательно помогая окружающим, делясь с ними.

А разве могло быть иначе в тех маленьких закрытых гарнизонах, где довелось вместе с папой жить всей моей семье?

Я хорошо помню  первые книги, которые мне, маленькой,  читала мама: С. Маршак, С.Михалков, А. Барто,  В. Драгунский,  М.Пришвин. И все это были удивительно добрые книги.

Изучая в школе древнерусскую литературу, я услышала однажды от учителя слова одной из найденных в Новгороде берестяных грамот:  «Пришли мне книги добрые», и вдруг поняла, почему именно «добрые». Значит, человечные,  несущие тепло и участие, воспитывающие сердце.

Вот почему и мама иногда упоминала при чтении - «добрые книги».

Так формировался мой характер. Но легко ли сегодня  быть добрым и человечным?

Отвечая на этот вопрос, обратилась все к той же русской  литературе.

Сложно и драматично сложилась судьба А.С.Пушкина. Многое приблизилось в понимании характера и трагедии этого человека, когда осознала и смысл его «Пророка» с бессмертной  строкой «духовной жаждою томим»,  и «Памятника» -  «чувства добрые я лирой пробуждал», словами эпиграфа к последнему  роману «Капитанская дочка» - «Береги честь смолоду».  Три дня умирал Пушкин, три дня стоически переносил физические страдания, причастился перед смертью, просил не оставлять жену с детьми, понимая, как трудно придется его семье,  и «унес с собой какую-то неразгаданную тайну» (по меткому выражению Ф.М.Достоевского).

Я побывала в этом году в Конюшенной церкви Санкт- Петербурга, где отпевали А.С. Пушкина. В ней мало что изменилось с того времени, по крайней мере так это представляется.

И прониклась каким-то удивительно светлым чувством: в небольшой по размерам церкви столько теплого и человечно успокаивающего, столько участливого и непритворно настоящего, что представить трудно,  в каком еще месте могли прощаться с великим человеком. И мерилом его человечности осталось «доброе» и «подлинное» творчество, которое учит любить прекрасное, жить по законам чести, «глаголом жечь сердца людей», т.е. не оставаться  прежде всего равнодушным.

Легким ли был его путь? Легко ли ему было оставаться «добрым» и «человечным»?

Судьба другого писателя взволновала и поразила особенно. Варлам Шаламов, сын священника, подвижника, пострадал  от властей именно за свое происхождение и даже имя. Его произведения включены в школьную программу недавно, но запоминаются навсегда. Они «кричат», от них становится очень больно и тревожно. Первый лагерный срок за отца –священника, карцер и пытки  – за смелость, с которой сам осужденный  вступился  за осужденного П.Зайца, Продление лагерного срока – за слова: «Бунин - великий русский писатель». И ведь во всех этих подробностях для меня самым важным было поведение человека: не озлобившегося, потерявшего из-за угрозы погибнуть человеческое чувство сострадания, не раздавленного издевательствами уголовной лагерной среды, а выжившего и рассказавшего правду о пережитом, не изменившего своим убеждениям и готового страдать,  спасая другого.

Он, как  и Пушкин, стремился быть «добрым», т.е. настоящим, человечным.

И еще один великий русский человек, «последний интеллигент 20 века», как его называли, -  Д.С.Лихачев.

Конечно, большинство из моих сверстников припомнят, что изучаемое ими «Слово о полку Игореве» переведено с древнерусского академиком Лихачевым. И все, пожалуй.

А ведь именно Д.С.Лихачев стал  1-м  Председателем правления Советского (с ноября 1991 — Российского) фонда культуры, являлся  членом  Учёного совета Музея древнерусского искусства им. Андрея Рублева. Государственным Советом Народной Республики Болгарии ему  присвоено почётное звание лауреата  Международной премии  имени братьев Кирилла и Мефодия за исключительные заслуги в развитии староболгаристики и славистики, за изучение и популяризацию дела братьев Кирилла и Мефодия.

И факт, который не может не поражать, так же, как и при знакомстве с биографией В.Шаламова. 

8 февраля 1928 года он был  арестован за участие в студенческом кружке,  где незадолго до ареста сделал доклад о старой русской орфографии, «попранной и искажённой врагом Церкви Христовой и  народа российского».

За доклад осужден на 5 лет  за контрреволюционную деятельность с отбыванием срока в Соловецком лагере особого назначения. А в 1998 вместе с другими деятелями культуры выступил за возвращение Русской Православной Церкви Соловецкого и Валаамского монастырей.

Что должен был пережить человек, осужденный по политическим мотивам? Я думаю, он реально осознавал, что каждый его день может стать последним.

Наверное, кто-то и сломался под тяжестью и безысходностью обстоятельств, а Лихачев выжил; словно понимая, кому он обязан спасением, всю жизнь посвятил восстановлению и охранению русских святынь. Не озлобился, не очерствел, не оградился от людей, а помогал им, спасал их, верил в них, в то настоящее, человеческое, что заложено в них от рождения. Он был награждён орденом апостола Андрея Первозванного за вклад в развитие отечественной культуры (первый кавалер).

Но подлинный смысл награды, я думаю, в том, что он сам стал примером сохранения и охранения человека.

В правоте этой мысли меня убедил еще вот какой удивительный факт.

С 1914 по 1916 года Дмитрий Сергеевич  учился в гимназии Императорского Человеколюбивого общества. Учебное заведение в название вынесло понятие «человечности».  Каким же должен был быть дух обучения в гимназии, чтобы соответствовать этому определению?

Я рассуждаю сейчас о понятиях нравственности и человечности, опираясь на биографии людей великих и настоящих, жизнью своей проверивших верность убеждений. А что же мы, молодые?

Особенно больно мне за то, что понятие «человечности» как-то незаметно выходит из словаря молодежи, растворяется в жизни. Она-то как раз все больше о свободе и говорит. И жизнь ее не очень наполнена духовным, и душевной чистоты недостает. В чем дело?

Вряд ли я смогу ответить за всех, но свой ответ у меня есть. Мои родители собственным примером убедили, что все лучшее - результат огромного, напряженного, никогда не перестающего труда (как созвучно Библии, в которой «любовь никогда не перестает»). Труда и нравственного, и физического, и душевного. Труда, который не зависит от моего сегодняшнего настроения или обстоятельств, трудностей,  с которыми я сталкиваюсь, как и все.

Иногда меня спрашивают: «Как ты все успеваешь? И учиться на «отлично»,  и профессионально заниматься спортивными бальными танцами, и учить французский язык?»

Мне трудно объяснить, что другого ритма жизни просто не представляю: мне хочется быть творцом: нового танца, новой презентации, новой работы по истории и языку. Мне интересно, потому что в этом ритме я меняюсь, знакомлюсь с новыми людьми, совершенствую знания, понимаю, что многого еще не знаю,  многому хочу научиться.

Я размышляю, с кем – то спорю, чье-то мнение принимаю, но я живу...

Назад #####